Ирина Каминская (frau_kam) wrote,
Ирина Каминская
frau_kam

Дина Рубина: произведение живёт по неминучим законам

IMG_0013.jpg

Дина Рубина не собиралась выступать в Москве. Не считала выход сборника рассказов достаточным поводом. Уговорили. Вчера, сегодня и завтра Дина Ильинична собирает толпы читателей на беседу обо всём. Она щедра на мысли и не боится посмеяться над собой.

Все в нетерпении узнать мнение автора книги о фильме «Синдром Петрушки».
Дина начинает издалека:

«Собачье сердце» - отличный фильм, но мы не знаем мнения на этот счёт М.А.Булгакова.

И это хорошо. Потому что «фильм «Синдром Петрушки» не имеет к книге никакого отношения. С этим нужно просто смириться и перестать спрашивать меня, а то я наговорю такого, о чём могу пожалеть. Сценарий написан для нужд фильма. Так снимают. Потому что фильм длится полтора часа, а книга длится гораздо дольше.

06.jpg
фото: ugranow.ru

Домашние должны быть абсолютно незаметны

Часто говорят: разве такой муж нужен писателю, разве такая жена нужна художнику? А я думаю, что это удобно. Два творческих человека заняты собой. Им плевать, что там жевать. Это удобно. Иногда можно и пообщаться. Вообще, домашние должны быть абсолютно незаметны. Что у писателя, что у художника.

Что в работе писателя самое сложное? Были ли такие моменты, когда приходилось пересиливать себя?

Самое сложное – ежеутренние первые часы работы. Когда понимаешь: то, что вчера казалось неплохим абзацем, или даже двумя, или даже тремя, полная … в общем, это никуда не годится. Нужно срочно пить кофе, выводить гулять собаку, а там свежий воздух, он как-то немножко помогает.

Потом садишься, и не то что пересиливая себя, а ненавидя себя, алфавит, компьютер, свою квартиру, своих домашних, начинаешь перечитывать не вчерашнюю работу, а позавчерашнюю. И вот так, как в замечательной русской песне – зелёная сама пойдёт, потянем, потянем, эй, ухнем.

Примерно в полдень начинаешь считать, что жизнь не такое г., как казалось утром, и даже возможно эти три абзаца пригодятся. Вечером, часам к четырём ты в восторге от того, что написал. А на следующее утро начинается всё заново.

IMG_0034.jpg

Что в работе писателя самое главное?
Мотивация и убедительность.

Как вы начинали? Не хотелось ли бросить писательство, отступить?

У меня уникальная литературная биография. Я Золушка в литературе. Была ещё такая Франсуаза Саган, которая в 16 лет проснулась знаменитой, опубликовав повесть «Немного солнца в холодной воде». Я опубликовалась в 15 лет в журнале «Юность». Рассказики строчила всегда. Особенно на уроках по точным дисциплинам. Я всё время очень плохо занималась. Всё время что-то писала. А потом по глупости, по наглости отправила в журнал «Юность» свой рассказ. Он был опубликован, и мне казалось, что теперь всё будет замечательно. Оно так и было, пока я не начала писать более серьёзные вещи.

Потом было и тошно, и страшно, и в пору было подумать – отступать, не отступать. Но было уже поздно. В 24 года я была членом Союза Писателей.

А в 15 лет я была абсолютной балбеской. Я открыла журнал и увидела, что ученица 8-го класса Наташа Хмелик опубликовала полторы страницы своего дурацкого рассказа. Я посмотрела, у меня было много дурацких рассказов, я училась аж в девятом классе…

IMG_0022.jpg

Русский читатель в России – это гигантский материк языка.

На человека всегда оказывает влияние и климат, и состояние эмиграции. Русский читатель в Германии и русский читатель в Америке – это совершенно разные аудитории. Русский читатель в Израиле – ещё одна аудитория. А русский читатель в России – это гигантский материк языка. Я когда приезжаю сюда, то обязательно что-то вылавливаю, обязательно что-то приволакиваю, начиная от названий ресторанчиков и заканчивая словечками, которые вылавливаю в такси или в метро.

Это гигантский материк, который производит.  Всё остальное может сохранять – хорошо или плохо. Как правило, плохо, потому что сохраняет первое поколение, редко - второе, а третье, например, мои внуки, говорят уже на каком-то воляпюке.

Как рождаются сюжеты?

Самый частый вопрос в любом интервью, на который каждый раз хочется ответить иначе. Все рассказы из «Медной шкатулки» были когда-то мне рассказаны и записаны. В них безусловно есть литературная форма и то, что называется фантазией писателя. А вообще толчком  к написанию  может быть что угодно.

Огромный роман «Русская канарейка» родился из крошечной 20-страничной брошюрки, которую положил мне на стол некий человек во время подписания книг. Все проходят, я подписываю книги – Татьяне, Александру, Николаю. А он сказал – Роме. И я подписала – Роме. Он положил и сказал: «Вот моя книжка. Почитайте, если будет время». Я забрала, чтобы не обижать человека. Многие дарят мне свои стихи, прозу, иногда и рукописи. Всего не увезёшь, самолёт не поднимет.

В отеле я взглянула на брошюрку – «Русская канарейка вчера, сегодня, завтра». Она и сейчас у меня в память о том импульсе. Когда я прочла словосочетание «русская канарейка»,  я поняла, что это название романа. И, более того, что там есть второе и третье дно. Это ощущение. Это просто ощущение. Можно услышать невероятную историю, а душа молчит. Знаю, что ничего такого я писать не буду – душа молчит. Организм не отзывается. А тут брошюра, и организм затрепетал, полетел куда-то.

Бывало ли так, что вам говорили – Вы написали обо мне?

Конечно. Как правило, это случается с вещами, выдуманными от начала до конца.


Как вы запоминаете все сюжетные линии ваших произведений?

Всё записано, всё каталогизировано. Достоевский чертил линии от одного героя через другого к третьему. У меня разные всегда схемы. Но схема всегда есть. Схема «Русской канарейки» похожа на радио-схему. Там разные такие соединения, клеммы.

Зачем вы ослепили Леона Этингера?!

Ничего не бывает зря и ничего не бывает случайно. Это логика характера героя. Логика развития сюжета. Я ничего не могу решить. Вы помните начало? В прологе речь о том, что на Востоке канарейку ослепляют. Это канарейка. Это человек, который поёт божественным голосом. Это канарейка и по кличке своей, и по жизни. Кроме того, человек в жизни за всё должен ответить.

Этот человек убивал. Он должен был оплатить своей судьбой. Если не играть  и не придумывать, а жить внутри произведения, то оно живёт по очень строгим, неминучим законам. Леон должен был потерять зрение. Все что-то теряют. Но вообще он победил.





Tags: Дина Рубина, текстоведение
Subscribe
promo frau_kam june 2, 17:14 74
Buy for 50 tokens
mg alt="" src=" https://ic.pics.livejournal.com/frau_kam/28769063/825547/825547_800.jpg" title="" /> Друзья, кто знает, откуда мог взяться такой сюжет? Кто автор? Как называется произведение? Прошу помощи. Очень нужно дружественному ребёнку для дипломной работы. Люди готовятся к прибытию…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 16 comments