Category: образование

Category was added automatically. Read all entries about "образование".

шляпа

Флорентин: коктейль с непредсказуемым вкусом



Что и говорить, отправиться с младенцем из тихого кибуца в Тель-Авив - рискованная затея. Тем более, во Флорентин -  место, по отзывам, злачное. Но мы отправились. И не пожалели.
Collapse )
Buy for 50 tokens
Buy promo for minimal price.
я это

Раскопай по вторникам: учебник немецкого

 Оригинал записи был опубликован 6 лет назад.

Учебник немецкого языка 1933 года.
А в нёмCollapse )
Ответственный редактор учебника Иоланта Людвиговна Келен-Фрид (1891-1979) была носителем немецкого языка. Она родилась в 1891 году в Закарпатье, жила в Москве, возглавляла школу им. Карла Либкнехта - немецкую школу для эмигрантов из Германии (1924-1938).Осуждена 28 марта 1938 г. как ЧСИР (член семьи изменника родины), 5 лет провела в лагерях, освобождена (!) 20.08.1946.

Одно из упоминаний об Иоланте Людвиговне я нашла в архиве библиотеки Иерусалимского Университета, она, видимо, вела переписку с Альбертом Эйнштейном, архив закрытый, доступна лишь дата письма - декабрь 1920 г.
я это

Будет весело, если я исчезну

s'edenie 5 - posle vospitaniya do pubertata.jpg
- Ты боишься темноты? Не бойся, сходи в тёмную прихожую.
- Ты всё ещё боишься? Ну, сходи ещё разок.

И я перестала бояться темноты. Мне понравилось взбираться на высокую дверь кладовки в тёмной прихожей. Именно там в голову приходили отличные идеи. Оттуда, в темноте, я и спрыгнула на бабушку, когда она вернулась из магазина. Я думала, что бабушка будет смеяться, но она испугалась, и её отпаивали лекарствами.

- Но разве бабушка боится темноты? - спрашивала я. Меня удивило, что мою чудесную шутку не оценили и никто не посмеялся. Правда, меня и не ругали. Душистая и изящная мамочка говорила мало.

Не найдя понимания у бабушки, я решила подшутить над двоюродной сестричкой. Мы были у неё в гостях, и она захотела в туалет. Я проскочила в туалет раньше неё и, давясь от смеха, представляла, как она бегает вокруг.
Вместо этого она села ждать на ванну, заснула, упала в ванну и разбила голову. Поднялась суета, ей делали примочку, но мне ничего не сказали, хоть и смотрели косо. Одна мамочка объяснила мне, что произошло.

Я выросла и стала школьницей. Мы гуляли с одноклассниками по Таврическому саду, и друзья немного отстали. Сад заканчивался оградой, и мне подумалось, как весело будет, если я вдруг неизвестно куда исчезну. Надо было только перелезть через ограду. Я перелезла, но моё школьное платье зацепилось за острый пик ограды и стало рваться. В ужасе я вцепилась в забор и повисла, чтобы оно не порвалось дальше. Друзья сняли меня с ограды, отцепив платье, и повели в гости зашивать дыру. Не помню, чтоб меня тогда ругали за порванное платье.

Потом родители развелись, и я осталась с мамочкой. До этого мне редко приходилось видеть её, и каждый приход её, нарядной, весёлой, легко стучавшей каблучками, делал меня счастливой. Теперь же я вызывала у неё только раздражение - не то делаю, не так говорю. Я была отличницей, ходила по магазинам, выносила ведро и мыла пол. Меня не надо было одевать - я покорно ходила в дырявых обносках, и у меня было только одно приличное платье - школьное. Но мама часто повторяла, что ребёнок мешает жить человеку. А я не могла ответить:

- Мамочка, ну я же уже есть, куда мне теперь деться?

Автор bikinna
Фото отсюда.

я это

Чацкий всех достал

0_b6596_169c8f26_XL.jpg

Горе от ума

Как-то совпали у нас за праздничным столом две учительницы русского языка и литературы и, выпивая и закусывая, занялись любимым делом  -  воспитанием подрастающего поколения.
- Настенька, как выросла!
Настенька, почуяв неладное, сникла и что-то там промямлила, мол, да, вот, выросла.
-  В каком уже классе? А... "Горе от ума" проходите...Прочитала? Понравилось?
- Ну, да.
- Хорошо, расскажи нам.
- Нууу..., вот там ЛизАнька...
- ЛизАнька? Какая ЛизАнька? НАСТЯ!!! Лизонька.
- Ну, да.
- И что дальше?
- Ну, ещё Софья, она в этого влюбилась, в Молчанова...
- В Молчалина!
- Ну да.
- Так, и что же?
- Ну, там Фамусов, отец у них...
- Чей отец?
- Ну...Софьи...
- А Чацкий?
- Ну, да...
- Что "ну да"? О чём он говорил? Что его волновало?
- Да ДОСТАЛ он всех! Ноет и ноет! - рявкнула девочка, и пока педработники переваривали новое прочтение классики, утекла из комнаты, злобно шипя:
- В деревню, в глушь, в Саратов ...

Значит, дочитала всё-таки.

Автор missis_gemp

я это

Возьмите меня! (С)



Стоило разместить резюме на hh, где кроме прочего указано знание немецкого,  и всё вокруг меня запестрело вот этим лицом - репетитор немецкого языка. В ЖЖ, в ФБ, в Контакте, просто в Googl-e - отовсюду взирает на меня это милое умоляющее лицо: репетитор за 800 руб. в час, выезд на дом, в первый раз бесплатно...

я это

Накося-выкуси

Оригинал взят у nikolaeva в Накося-выкуси
Как хорошо, когда среди всеобщей суеты, разброда и шатания остаются места, где собираются юродивые нашего времени и толкуют о важных вещах, увы, мало интересных многим.

О судьбах языков, о том, как правильно пишется "накоси-выкуси", о странных современных речениях, в которых в полной мере отразилась наша не менее странная жизнь.

На этой неделе, в четверг, на кафедре стилистики факультета журналистики МГУ прошел семинар Московской школы стилистики. И речь там велась о нашем с вами родном языке и о тех, кто всю жизнь свою занимался изучением и популяризацией русского языка.

Мы вспоминали о первом заведующем кафедры - Былинском Константине Иакинфовиче, основателе школы стилистики в нашей стране, человеке-легенде. Он дружил с Левитаном, редактировал сводки Совинформбюро во время войны. Кстати, только эти сводки составили девять томов.
Collapse )
я это

САЛЮТ ДЛЯ ПЕРВОКЛАШЕК

Оригинал взят у irinagorban05 в САЛЮТ ДЛЯ ПЕРВОКЛАШЕК
В школу собирались торжественно. Первое сентября ушло в Лету, пятнадцатое ту да же, куда и двадцать второе сентября. И вот – дождались. Белые колготы, блузочка, бантики, чёрная юбочка, туфельки и беззубая улыбка. Лизавете стукнуло шесть лет. Она давно рвётся в школу не потому, что не понимает, что это надолго, а потому, что готова читать, писать и считать. Вернее, всё это она давно умеет.

Цветы решили покупать непосредственно перед школой, чтобы посвежее достались, не думая о том, что всё хорошее берут заранее. И действительно – разобрали. Лизавете достались белые хризантемы: прекрасное сочетание под белые колготы. Она всё время пыталась держать тяжёлый букет вверхтормашками, с интересом подметая прозрачным целлофаном асфальт. Таким образом, все коротали время у голубых елей под школой.

Родителей, как всегда, больше, чем первоклашек. Только на Лизавету нас было четверо. Праздник всей жизни, так сказать.

**

Праздник длился двадцать минут. Больше нельзя. В то время, когда детки выстраивались в шеренгу у порога школы, пошли залпы. Учительница с улыбкой тут же объяснила очень громко, что это салют. Самый настоящий школьный салют. Во время этих залпов детки задрали головы вверх.
- Бабушка, а это не фейерверк.
- Конечно, дорогая. Это салют.
- А почему я его не вижу?
- Его пускают за школой.
- А кому он там нужен, если мы не видим? Бабушка, а учительница не понимает, что это взрывы? Я же понимаю.

Ирина пальчиком прикрыла ребёнку ротик:
- Давай никого не будем пугать? Смотри, сколько маленьких деток вокруг.
- Я Ренату всё равно в классе расскажу, пока учительница не видит.

**

Первой взяла слово директор школы. Свою речь она начала со слезами на глазах. Ком в горле не давал Ирине сосредоточиться: думал ли кто, что дети пойдут в школу под взрывами снарядов? Директор изо всех сил привлекала к себе внимание, а справа от школы, над пожелтевшими берёзами, в полнеба двигался чёрный дым.

Родители прижимали к себе детей, чтобы в любую секунду успеть закрыть собой беззащитных малышей.

Обошлось. В сторону школы снаряды не прилетели. Детей быстренько пригласили по классам. Ритуала со старшеклассниками, которые важно и чинно ввели бы малышей в классы – не было. Родители сами схватили детей за руки и быстро повели в вестибюль школы. Там, внутри, было надёжнее. Там – дверь бомбоубежища, но это на всякий случай.

Взрослые мило улыбались своим чадам, изо всех сил показывая спокойствие.

**

«А впереди – школьная жизнь. Какой она будет? Трудно предположить. Но, веря словам директора школы, будет радостной. Мы привыкли верить директору. И в этот раз поверили», - написала Ирина в своём черновике. Только бы оправдались её слова, только бы они оказались пророческими.

А справа от школы продолжались «салюты» в честь самого главного праздника для первоклашек.
я это

Сергей Гордеев: убей учителя, будь мужиком!

Андрей КириловКак выделиться из серой массы учеников средненькой школы спального района, будто с издёвкой названного Отрадным? Как доказать себе и всем, а главное,  отцу, что ты не тварь дрожащая, а право имеешь на собственное «я»?
Нет, не так – Я!

У десятиклассника Гордеева не было девушки. Не было признания одноклассников. Ботан, скучный заучка, зубрила… На что ещё мог рассчитывать замкнутый, необщительный отличник, тянущий лямку претендента на медаль и помешанный на оценках? Уверенность в собственной исключительности не желала подтверждаться самым главным – признанием других людей, сверстников. Даже самбист из худого нескладного подростка получался не очень. С тренировок встречали отец или дед. Чтобы не отлынивал. Чтобы стал, наконец, мужиком!

Вся надежда на золотую медаль, а для неё нужны пятёрки.
Не все учителя готовы ставить «отлично» только потому, что их Исключительность вздумала идти на медаль. Не все в курсе, как трудно не соответствовать отцовскому формату «будь мужиком!».

Вот и молодой географ Кириллов тоже был не готов и не в курсе. Тоже мне предмет география, муссоны-пассаты! Не хватало ещё, чтобы на пути к медали и долгожданному признанию стояло это недоразумение.

Поэтому сначала Сергей Гордеев выстрелил учителю в живот, а потом в голову. Выстрелил грамотно. Как мужик. Отец мог быть доволен сыном. Ведь это  он научил Серёжу стрелять.

А потом отец в бронежилете  заключил сына в объятия и сказал, что любит его таким, как он есть, и всё будет хорошо. Тогда сынишка стал выпускать заложников. А когда надели наручники, заплакал от обиды.

Вокруг школы в Отрадном зажигают свечи в память о погибших от рук злодея, так и не ставшего гением. Звучит извечная риторика - кто виноват и что делать.